petroleroii (petroleroii) wrote,
petroleroii
petroleroii

Не буду


Дмитрий Ольшанский
Я вышел в семь и пошел.
Я шел мимо пустых, давно одичавших полей, забывших нежное прикосновение трактора.
Я шел мимо огромной надписи - КАТЮНЯ ПРОСТИ МЕНЯ КОЗЛА - с подробным указанием дня, часа и точной минуты, когда она была сделана. Должно быть, козел хотел предоставить Катюне полный отчет.
Я шел мимо каким-то чудом выжившей древней могилы, хозяин которой родился в 1809 году.
Я шел мимо нарядного коттеджного поселка - с настырно предлагаемыми в чистом поле дуплексами и таунхаусами, - буквально созданного для того, чтобы из соседней деревни пришла родная толпа с топорами и канистрами бензина и устроила себе праздник.
Я шел мимо ленивых собак, которым было так жарко, что они наотрез отказывались на меня лаять.
Я шел мимо помойки - любимой, торжественной, бесконечной помойки, той самой, рядом с которой всегда стоит сердитый плакат "Ведется наблюдение! За выброс мусора штраф миллион!" - и эта табличка, конечно, действует на умы, ведь если запрещено, если наблюдение, так надо же себя показать, надо издалека привезти и сюда выбросить, на тебе, на тебе, милый наблюдатель, пакетов с тухлятинкой, а потом мы еще принесем, у нас много.
Я шел мимо благочестивых воскресных парочек, выходящих с литургии - обязательно худенькая очкастая жена с рюкзаком, а к ней прилагается муж, грозный и двухметровый.
Я шел мимо просторов - почти нетронутых говностроительством вечных просторов где-то за Пахрой, когда ты стоишь на холме, а дальше крыши, а дальше вода, а еще дальше ветер, и прошлогодние ветхие травы, и лес на горизонте, и кажется, что у твоей жизни тоже есть такой горизонт, обязательно должен быть. Но эта уверенность - максимум минут на десять.
Я шел мимо старых русских деревень, где не осталось ни одного прежнего дома, где за своими великими китайскими стенами, в своих кирпичных, похожих на тюрьмы домах живет наш новый народ - безбородый, в шортах и шлепанцах вместо лаптей, впервые за тысячу лет сытый. Что сказали бы об этом старые русские крестьяне? Они сказали бы: слава Богу.
Я шел - и я пришел.
В маленький монастырь, нет, даже скит, надежно спрятанный в лесу.
Испуганно посмотрел на иконы.
Присел на лавку, достал батарею для телефона.
- Фотографировать нельзя! - сообщила монахиня.
- Катюня, прости меня, козла! - ответил я.
Вру.
Тихо сказал ей:
- Не буду.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments