July 23rd, 2016

Почему Россию лишили Олимпиады, а Кению оставили?


В решении Спортивного арбитражного суда много политики, считает чемпион Европы и дважды вице-чемпион Олимпийских игр французский легкоатлет Махидин Мехисси-Бенаббад. Как он высказался в интервью Le Monde, спорт от этого не выиграл. «Отвечать должны не российские атлеты. Это больше на уровне государства. Спортсмены похожи на животных, они – жертвы».

Кроме того, по словам Мехисси, если дисквалифицировали Россию, то нужно было лишить Олимпиады и другие страны, замешанные в допинге, например, Кению или Эфиопию. Так, например, кенийских атлетов предупреждают об анализе на допинг за 10 дней. «Я же об этом узнаю, когда мне в 6 утра стучат в дверь», - жалуется спортсмен.

При этом легкоатлет напоминает, что именно кенийцы, которых также обвиняли в использовании допинга, с завидным постоянством берут медали на соревнованиях. Но при этом сам Мехисси уверен: то, что кенийцы лучшие, это миф, пишет Le Monde.

Украинский еврооптимизм не стыкуется со скептицизмом в ЕС


В конце 90-х годов в Евросоюзе была создана должность комиссара по вопросам расширения и политики соседства ЕС. Тогда, во времена оптимизма и стремления к расширению, это было актуально, однако сегодня, благодаря брекситу, этот пост, занимаемый Йоханнесом Ханом, выглядит немного неуместно, полагает корреспондент Guardian Шон Уокер. На членство в ЕС все еще претендуют 6 стран, однако сейчас многие скептически относятся к дальнейшему расширению организации, поэтому переговоры ведутся с тем, чтобы оправдать ожидания стран, которые все еще хотят вступить в блок.

«Злополучный брексит не повлияет на наше тесное сотрудничество, как раз наоборот», - заявил Хан на пресс-конференции в Киеве по итогам заседания неформального министерского диалога стран «Восточного партнерства». Уокер напоминает, что «Восточное партнерство» — программа Европейского союза, направленная на сближение ЕС с шестью бывшими республиками СССР (Азербайджаном, Украиной, Арменией, Молдавией, Грузией и Белоруссией).



Однако в реальности первоначальные планы «Восточного партнерства» на грани провала из-за «усталости» граждан стран Евросоюза от планов расширения, а также из-за того, что кнут и пряник со стороны России оттолкнули некоторые страны от интеграции с ЕС. Белоруссия и Армения и вовсе присоединились к прямому российскому ответу ЕС – Евразийскому экономическому союзу. И сейчас, отмечает Шон Уокер, в ЕС никто всерьез не говорит о принятии Украины и Грузии.



По крайней мере на Украине еще сильны проевропейские настроения, сообщает Шон Уокер из Киева. По большей части, это объясняется реакцией на влияние России и коррумпированную систему правления предыдущего президента, а не искренним желанием влиться в состав ЕС. По словам депутата Рады Светланы Залищук, всего лишь 20% украинцев были за границей. «Люди стояли с европейскими флагами, даже не увидев Европы», - приводит Уокер мнение депутата.



В Киев Уокер поехал в рамках турне по Украине, организованного центром журналистики при поддержке ЕС. Около десятка европейских журналистов встретились в Киеве с молодыми реформаторами в областях СМИ, политики и правоприменения, которые все еще горели «евро-оптимизмом». Украинские реформаторы сообщили, что, несмотря на многие недостатки, тесное сотрудничество с ЕС все еще жизненно важно для них, а давление со стороны Брюсселя остается ключевым фактором проведения реформ в стране.



По данным Хана, Украина провела 140 значительных реформ, чтобы соответствовать требованиям для предоставления безвизового режима. Уокер приводит мнение эксперта по вопросам судебной реформы Михаила Жернакова, согласно которому только перспектива безвизового режима стала причиной множества реформ. Этот режим должен быть введен позже в этом году, хотя, учитывая мнение общественности во многих странах ЕС, решение может быть отложено. Великобритания, к примеру, не собиралась предоставлять Украине безвизовый режим еще до выхода из ЕС. По словам Хана, жители стран ЕС считают нового члена, прежде всего, финансовым обременением, и все нынешние кандидаты на вступление в блок понимают, что в этом десятилетии они не станут членами Евросоюза.



Впрочем, в Киеве вполне трезво оценивают перспективы вступления страны в ЕС, сообщает Шон Уокер. «Порой думаю, что мы на Украине более серьезно относимся к европейским ценностям, чем в некоторых европейских странах, - приводит автор в завершение статьи слова Алены Сотник из партии «Самопомощь». – Наша главная цель не в том, чтобы стать членом ЕС через 5, 10 или 20 лет, а в том, чтобы построить Европу на Украине. Тогда мы и решим, нужен ли нам ЕС или нет».

Ни в какой Украине мы не нуждаемся


ЖУЧКОВСКИЙ Александр

Савченко выступила с комплиментарным в нашу сторону заявлением. Но мы не нуждаемся ни в какой комплиментарности Савченко, в амнистии со стороны Украины, вообще ни в какой Украине мы не нуждаемся. Речь сейчас о другом.

Савченко в очередной раз выступила с комплиментарным в нашу сторону заявлением — призвала украинцев просить прощения у жителей Донбасса.

До этого было, напомню, предложение амнистировать ополченцев, провести прямые переговоры с лидерами ЛДНР и пр.

Все это вызывает острую неприязнь у украинских политиков, ругань и обвинения в ее адрес. С другой стороны, я уже встречаю среди наших людей проявления симпатии к Савченко (у Лимонова, например).

На самом деле мы не нуждаемся ни в какой комплиментарности со стороны Савченко, в амнистии со стороны Украины, и вообще ни в какой Украине мы не нуждаемся.

Речь сейчас о другом.

Судя по всему, Савченко до посадки в российскую тюрьму и после — это два разных человека.

Я уже почти убежден в том, что в РФ над ней серьезно поработали. Может методом какого-либо шантажа, а может методом убеждения — «поменяли прошивку» (технологии позволяют).

Так что заявление Геращенко про «внедрение троянского коня», скорее всего, не так уж далеко от истины.

Если Савченко будет продолжать в том же духе, эта история будет иметь для Киева интересные политические последствия.

Источник: http://rusnext.ru/recent_opinions/1469246791

Польша сделала сильный ход против «Северного потока — 2


Сможет ли Варшава остановить российский проект?

Польский регулятор отказался согласовать строительство «Северного потока — 2», хотя немецкий регулятор уже давно дал проекту добро.

Это чисто политическое решение польских властей, которое идет вразрез с экономическими интересами местного бизнеса.

Сможет ли Варшава поставить крест на российском проекте?

Польша возражает против создания Газпромом и его европейскими партнерами совместного предприятия по строительству газопровода «Северный поток — 2», говорится в сообщении польского антимонопольного регулятора UOKiK.

«UOKiK возражает против создания с участием шести компаний совместного предприятия по строительству «Северного потока — 2», — говорится в сообщении регулятора. Компании могут подать апелляцию на решение регулятора в течение 14 дней, говорится в сообщении. Этот срок может быть продлен еще на 14 дней.

Газпром, OMV, Shell, Uniper, ENGIE и Wintershall — партнеры по строительству трубы — уже сделали совместное заявление, что готовят такой ответ польскому регулятору.

Польский регулятор объяснил свою позицию так. Он проанализировал данные компаний Gaz-System (оператор газотранспортной системы Польши), Europol Gaz (оператор газопровода «Ямал — Европа»), нефтегазового концерна PGNIG, а также оператора строительства СПГ-терминала в городе Свиноуйсьце и более 20 импортеров природного газа. И проведенный UOKiK анализ показал, что реализация проекта «Северный поток — 2» может привести к ограничению конкуренции. «На данный момент Газпром занимает доминирующее положение в поставках газа на польском рынке, и сделка может привести к дальнейшему укреплению его позиций», — отмечает польское ведомство. Таким образом, поляки не согласовали создание совместного предприятия Nord Stream 2 для строительства газопровода «Северный поток — 2».

Акционерами Nord Stream 2 AG являются Газпром (50%) и еще пять европейских компаний — BASF, ENGIE, OMV, Shell, Uniper — у каждой по 10% в СП. Выкуп долей акционерами в «Северном потоке — 2» ожидается летом этого года.

В декабре 2015 года было подано две заявки на одобрение создания СП — немецкому и польскому регуляторам. Немцы одобрили ее спустя 18 дней, а вот поляки начали затягивать решение и переносить сроки. В итоге Варшава продлила срок рассмотрения заявки до лета для «изучения влияния сделки на польский газовый рынок, в том числе для изучения мнения участников и регулятора газового рынка».

Буквально четыре дня назад председатель совета директоров Газпрома Виктор Зубков рассказал, что польский регулятор должен был дать ответ еще 18 июля (по местному законодательству).

«Но, к сожалению, мы получили не разрешение, а получили шесть дополнительных запросов, на которые мы обязаны ответить. Часть из них вообще не касается „Северного потока — 2“, а касается других», — рассказал Зубков. «Но мы отвечаем на эти запросы, и таким образом сдвигается получение документов на 31 августа», — сказал он. Более быстрое вынесение решения поляками в некотором роде является неожиданностью.

Глава совета директоров Газпрома не скрывал, что позиция польской стороны несколько политизирована, но работа шла, и в России верили в здравомыслие польского регулятора.
Политика против бизнеса

Однако отрицательное решение польского регулятора сложно назвать неожиданным, учитывая русофобскую позицию политического руководства страны.

Эксперты газеты ВЗГЛЯД указывают на то, что польский бизнес не против «Северного потока — 2», потому что благодаря ему он мог бы получить более дешевый природный газ. Буквально месяц назад из двух независимых источников стало известно, что Варшава сделала заявку на поставки газа по этому газопроводу в объеме 11 млрд кубометров. Об этом заявил член правления немецкой компании Wintershall («дочка» BASF) Тис Тиссен и подтвердил зампредправления Газпрома Александр Медведев.

Однако политическая элита Польши, настроенная против России, похоронила эту идею. Уже тогда официально Варшава поспешила опровергнуть наличие такой заявки на закупку российского газа. Отрицательное решение местного регулятора стало ожидаемым следствием.

Газпром в своих ожиданиях по исходу дела исходил из логики польского бизнеса, который прекрасно понимает, что заявления властей об отказе через несколько лет от российского газа чисто политические, это невыгодно покупателям, что СПГ-терминал в Свиноуйсьце не снижает цены на газ, поясняет гендиректор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов. «СПГ-терминал в Польше ждет та же судьба, что и СПГ-терминал в Литве — придется принудительно польский бизнес заставлять покупать дорогой СПГ», — говорит он. Бизнес этому вряд ли обрадуется.

Но польское государство в лице местного регулятора принимает политическое решение, противоречащее логике собственного бизнеса. Их ответ ставит крест на желании местного бизнеса покупать более дешевый газ по «Северному потоку — 2». «В Польше даже политической внутренней конкуренции нет, все зачищено. Есть лишь доминирование одной политической силы с вполне ясной позицией по России», — говорит Симонов.

«Вот в Германии роль бизнеса гораздо более весома. Даже в ситуации, когда сама Меркель боится Путина и идет в фарватере с политикой Обамы, она не может игнорировать мнение немецкого бизнеса, который с утра до ночи говорит, что же вы делаете, ведь Россия предлагает проект создания в Германии ключевого хаба, мы же резко усилим и политическое влияние, не говоря уже о том, что мы будем зарабатывать деньги», — сравнивает Симонов.
Последствия для российской трубы

Между тем ставить крест не проекте «Северный поток — 2» пока рано, хотя не исключено, что его реализация затянется из-за позиции Польши, считает доцент высшей школы РАНХиГС, старший научный сотрудник сектора энергетической политики ИЭ РАН Иван Капитонов. Однако это не так страшно.

«Учитывая, что мы собирались отказаться от украинского транзита с 2019 года, перенос сроков строительства „Северного потока — 2“ пока не так критичен. Время есть. Год точно», — говорит Капитонов.

По его мнению, России нужно поставить эту проблему на паузу, компромисс должен быть найден внутри самой Европы. Ведь это в ЕС имеются противоречия относительно «Северного потока — 2». «Странам — основателям ЕС выгодно строительство „Северного потока — 2“, а ряд стран, которые присоединялись к союзу во время его расширения, выступают против проекта. Пусть они разберутся между собой, а потом мы примем решение. Нам тут не надо торопиться», — считает Иван Капитонов.

Утихомирить Польшу — в интересах Германии, которая сильно выигрывает от реализации газпромовского проекта. Однако компромисс, скорее всего, будут искать не в сфере энергетики, потому что тут Берлину нечего особенно предложить Варшаве. Дешевый газ может предложить лишь Газпром, но от него Польша отказывается.

Проблема с Польшей как раз в том, что для нее вопрос не в деньгах, а исключительно в политике, добавляет Симонов. Вот, например, со Словакией, которая сначала тоже была против «Северного потока — 2», Газпром сумел договориться с помощью коммерческого предложения.

Газпром договорился использовать словацкие сети Eustream в рамках «Северного потока — 2», то есть сохранить транзит российского газа по словацкой территории, хотя необходимости в этом не было. Попасть в австрийский хаб Баумгартен российский газ может, не заходя на словацкую территорию. Это можно сделать через одну Чехию, с которой проблем никаких нет. Но Газпром пошел на уступки и согласился подключить Словакию к транзиту в рамках нового северного маршрута.

Польша же от любых экономически выгодных для нее предложений Газпрома отказывается. Поэтому дело остается за Германией.

«Здесь будет другая тонкая политическая игра. Польше должно быть предложено что-то еще, чтобы Варшава почувствовала, что она находится на безопасной стороне улицы», — считает Иван Капитонов.

Впрочем, не исключено, что в итоге Польша останется и без возможности закупать более дешевый российский газ, и без каких-либо уступок со стороны Германии.

Константин Симонов считает, что решение польского регулятора вообще не очень важно для «Северного потока — 2». По его словам, неодобрение Варшавы распространяется лишь на продление трубы по европейской территории, но не касается морской части «Северного потока — 2».

По морской части одобрения ожидаются от регуляторов Финляндии, Дании и Швеции, потому что именно через их территориальные воды пройдет трубопровод. Польша же к этой части никакого отношения не имеет. Более того, Варшава на самом деле не имеет никакого отношения и к прокладке трубы по европейской территории, так как через нее она не будет идти. Даже исключение Украины из транзита не должно сильно трогать Польшу, потому что основной транзит через польскую территорию идет со стороны Белоруссии, а не Украины.

Интересно, что в самой Еврокомиссии в феврале этого года тоже говорили, что для строительства газопровода «Северный поток — 2» официального разрешения от польского антимонопольного регулятора не требуется, сообщили RNS. Источник в польском регуляторе отмечал, что рассмотрение данного дела стало инициативой польского ведомства.

Симонов не исключает, что Польша стала пешкой в политической игре. Еврокомиссия выступала против «Северного потока — 2», но реальных аргументов для запрета этой трубы найти не смогла. Ведь ровно такой же проект в виде «Северного потока — 1» Брюссель ранее с легкостью одобрил. Теперь в качестве аргумента против можно использовать решение польского регулятора.

«Я не думаю, что эта история полностью развалит российский проект. Главное сейчас — морская часть трубы, а там никаких проблем быть не должно», — резюмирует Константин Симонов.

Источник: http://rusnext.ru/news/1469276304

Детали российского кредита Украине


АЗАРОВ Николай

Мне приходилось уже неоднократно опровергать брехню, распространяемую киевским режимом относительно этого кредита. Постараюсь очень доступно и понятно написать об этом.

Каждая страна, в том числе и Украина, постоянно находится в кредитно-долговых отношениях с финансовым рынком или странами, способными такие отношения иметь.

Необходимо понимать, что в результате экономического кризиса 2008—2009 гг. (вспомните, развал экономики, девальвация гривны с 4,5 до 8 грн за доллар, банковский кризис) МВФ предоставила Украине кредит в размере $13,6 млрд. на 5 лет со сроком погашения в 2013 г. Этот кредит был в 2009 г. растрачен полностью и ситуацию в экономике не поправил.

Более того, Украина была страной-банкротом, и финансовые рынки были для нас закрыты. Дефицит бюджета Тимошенко «закрывала» печатным станком, покупая деньги у банков под 30–32% годовых сроком на 3 месяца. Вспомните, инфляция достигала в 2008—2009 гг.- 35%.

В этих условиях в 2010 г. мы были вынуждены взять кредит у МВФ, чтоб стабилизировать ситуацию. И она в 2010—2011 гг. была полностью стабилизирована. Рост экономики был порядка 5%, инфляция резко снизилась, выросли заработные платы и пенсии. Деньги ушли в дело. Были построены аэропорты, стадионы, больницы, дороги, и т. д. Мы выровняли ситуацию и в дальнейшем обходились без внешнего кредитования. Тем более, что после нашего отказа выполнять требования МВФ о резком повышении тарифов и замораживании пенсий и зарплат, кредиты МВФ стали для нас недоступными, а США сделали все, чтобы международные финансовые рынки для нас также закрылись. Причина понятна. Мы приняли закон о нейтралитете и отказались в ступать в НАТО.

В 2012 г. начала меняться в худшую сторону конъюнктура рынка и цены на наши основные экспортные товары — металл, руду, хим. удобрения пошли вниз, и вместе с тем резко пошли в гору цены на нефть, а вместе с ними и цены на газ.

Таким образом, к 2012 г. сложилась ситуация, когда платежи по внешним обязательствам составили порядка $8–10 млрд. в год и внешние платежи за газ порядка $10–12 млрд. в год.

Вот сложите только эти две цифры и получите ежегодные платежи в размере $18–22 млрд., а в 2013 г. нам необходимо было рассчитываться по кредиту с МВФ взятому в 2008 г.

В такой ситуации возможны два решения: 1) Взвалить все на плечи людей, т. е. через тарифы, пенсии, зарплаты забрать у них недостающие деньги и расплатиться с кредиторами или

2) перекредитоваться и занять деньги на стороне, с одновременным развитием внутреннего рынка, роста экономики и увеличением экспорта.

Мы пошли по второму пути, и активно начали переговоры с Россией, Китаем, Саудовской Аравией и другими странами. Могу совершенно однозначно сказать, что когда мы, практически договорились с выгодным для нас контрактом с Саудовской Аравией, вмешались США и переговоры были сорваны.

В конце 2013 г. начались беспорядки в стране, приведшие к значительному падению доходов бюджета. В этих условиях предоставленные в конце декабря $3,0 млрд государственного кредита Россией позволили стабилизировать ситуацию. В январе 2014 г. истекал срок погашения кредита Сбербанка России Украине в размере $825 млн. Эти деньги за счет кредита были возвращены Сбербанку в январе 2014 г.

Оставшаяся часть кредита была зачислена на казначейский счет, министерства финансов в Национальном банке и расходовалась в строгом соответствие со статьями Государственного бюджета Украины.

Вся болтовня о том, что они якобы были разворованы — это абсолютный бред который, кстати очень легко проверяется.

В январе—феврале, как правило и январь 2014 г. не был исключением, финансируются только защищенные статьи бюджета: зарплаты, социальные пособия и т. д. Связано это с тем, что с одной стороны в январе — мало рабочих дней и небольшие поступления в бюджет, а с другой стороны в это время готовятся документы: программы, порядки финансирования и т. п. других статей бюджета, капитальные расходы и т. д.). Поэтому никакого разворовывания этого кредита в начале года невозможно и все разговоры об этом пустая брехня, рассчитанная на несведущих людей. Никто с чемоданами и с Камазами деньги вывозить не мог.

И последнее. Этот кредит был оформлен т. к. как это положено по законодательству, т. е. были проведены все необходимые внутригосударственные процедуры. Совершенно естественно, что МВФ подтвердил этот факт.

Таким образом, все пустые разговоры киевского режима свидетельствуют только о его никчемности и непрофессионализме. Ущерб его действий Украине огромен. Теперь ни одна страна не считает и не будет считать Украину надежным партнером. А репутация страны — дорого стоит.

Источник: http://rusnext.ru/recent_opinions/1469014667

«Гиена Европы»: Польские информационные войны на Западе и на Востоке



ГУЛЕВИЧ Владислав

Во внешней политике Польши исключительно важную роль играет так называемая «историческая политика», или «политика исторической памяти», — придирчивый подсчёт всех действительных и мнимых обид, нанесённых в прошлом Польше её соседями, с прицелом на перенос исторической тематики в юридическую или геополитическую плоскости.

Манипуляции историческими фактами положены в Польше на систематическую основу и неизменно обслуживают каждое очередное польское правительство. После прихода к власти партии Ярослава Качиньского «Право и справедливость» (ПиС) данная тенденция стала ещё заметнее.

Концептуальный подход к этому аспекту внешней политики Варшавы сформулировал 2 февраля 2016 года на заседании Совета национального развития президент Польши Анджей Дуда: «Историческая политика польского государства должна быть элементом нашей позиции на международной арене. Она обязательно должна быть наступательной».

К информационным войнам на историческом фронте привлечены в Польше Научный совет по вопросам истории, Совет исторической дипломатии (выполняют консультационные функции при МИД Польши), Институт национальной памяти (ИНП) и густая паутина неправительственных организаций — Центр гражданского образования, Польский Катынский фонд, фонд «Памятник жертвам Катыни», фонд «Помним. Катынь — 1940», фонд «Смоленск-2010» и другие.

Здание Института национальной памяти в Варшаве

Ведущую роль в деле обнаружения политических «ересей» в вопросах истории играет Институт национальной памяти. Напрашивается аналогия со средневековой католической инквизицией. В недрах инквизиции был создан трибунал для «обнаружения и наказания ересей». Ему подчинялся инквизиционный следственно-розыскной аппарат с многочисленными филиалами. Подозреваемому давался срок для добровольного покаяния. И точно так же ИПН включает в себя Главную комиссию расследования преступлений против польского народа, Люстрационное бюро с региональными филиалами, Бюро публичного образования. Заподозренным в политических «ересях» тоже даётся срок для добровольного покаяния. После этого срока за дело берётся Люстрационное бюро, обладающее полномочиями довести дело до суда. Так было, например, в Жешуве в 2015 году: перед судом предстал бывший сотрудник службы безопасности Польской Народной Республики, обвинённый в действиях против антикоммунистического подполья в 1952 году (!).

Среди последних громких инициатив ИПН — демонтаж памятника генералу Черняховскому в Пьенежно в сентябре 2015 г., создание чёрного списка из 500 советских памятников для их ликвидации и ряд других.

Официальная цель деятельности ИПН и родственных ему организаций — непредвзятое расследование трагических событий в истории Польши, укрепление престижа Польши на международной арене путём устранения негативных для Польши исторических стереотипов (вроде того, который был создан знаменитым высказыванием Уинстона Черчилля, назвавшего Польшу «гиеной Европы»).

Однако так ли неправ был этот британский государственный деятель?

…В 2001 г. в США в издательстве Принстонского университета вышла книга польского эмигранта-социолога Яна Томаша Гросса «Соседи. История Уничтожение еврейской общины Едвабне в Польше. (Jan T. Gross. Neighbors: The Destruction of the Jewish Community in Jedwabne, Poland).

Напомним, о чём идёт речь.

В 1941 г. деревню Едвабне (сейчас она на территории Польши, но в то время находилась в Белорусской ССР) оккупировали гитлеровцы, и под их присмотром поляки, проживавшие в окрестных районах, уничтожили почти всех местных евреев. Делалось это самыми зверскими способами: евреям отрубали головы, забивали палками и камнями прямо на улицах, сжигали живьём.

Варшава всегда убеждала мировую общественность, что евреев в Едвабне убили немцы. Книга Я. Т. Гросса развеяла этот миф. В начале 2000-х годов польская «историческая инквизиция» (Институт национальной памяти) нехотя приступила к расследованию и вынесла вердикт: погром инспирировали нацисты; участие поляков ограничивалось небольшой группой гражданских лиц; число жертв в книге Я. Т. Гросса завышено (не 1600, а «всего-навсего» 350).

Теперь и от этого полупризнания в Польше хотят отказаться. В июле 2016 года сотрудник ИНП Пётр Гонтарчик назвал книгу Я. Т. Гросса «интеллектуальным злоупотреблением на грани обмана». Министр народного образования Польши Анна Залевская в недавнем интервью телеканалу TVN заявила, что рассказы о сожжении евреев живьём в Едвабне — это лишь «версия» пана Гросса.

А ведь погром в Едвабне — не единственный.

В июне 1945 г. прошла волна грабежей и избиения евреев в освобождённом от нацистов Жешуве. В августе 1945 г. по Кракову был пущен слух, что евреи убивают польских детей для переливания их крови раненым красноармейцам, — и поляки разных возрастов и профессий принялись избивать и грабить краковских евреев. В июле 1946 г. в польском Кельце произошёл самый крупный послевоенный погром евреев. Убивали даже беременных женщин. Попытки учинить погромы имели место в Тарнове, Люблине, других польских городах.

И как же трактуют всё это в современной Польше? А всё так же: в духе «исторической политики польского государства», которая «обязательно должна быть наступательной». 4 июля 2016 года, в 70-ю годовщину еврейского погрома в Кельце вице-премьер Польши Пётр Глинский заявил: «Не Польша, а чужая, навязанная нам власть ответственна за эту трагедию. Провокация в Кельце нужна была коммунистам для компрометации Польши в глазах Запада».

Так что в погроме в Едвабне виноваты немцы, в погроме в Кракове и Кельце виноваты советские коммунисты. Поляки, которые убивали евреев, не виноваты ни в чём.

Один из главных польских приёмов в информационных боях на историческом фронте — создание образа Польши как чистой жертвы, зажатой между двумя тоталитарными государствами, Германией и Россией. Никто больше так не эксплуатирует псевдоисторическую схему «двух тоталитаризмов», как поляки. В 2006 г. тогдашний министр обороны Радослав Сикорский даже назвал российско-германский проект газопровода «Северный поток» вторым изданием «пакта Молотова — Риббентропа»

…И здесь впору вспомнить слова Черчилля о «гиене Европы». Жестокое изгнание нескольких миллионов немцев из Польши после Второй мировой войны сопровождалось грабежами, избиениями, насилием. Поляки изгнали даже лауреата Нобелевской премии антифашиста Герхарта Гауптмана.

«Историческая политика» Польши силится вычеркнуть всё это из памяти. Вместо этого официальная Варшава создала иерархический перечень трагедий, вину за которые она возлагает на Россию: Катынь, Вторая Катынь (Августовская облава 1945 г. против антисоветского бандподполья), Малая Катынь (крушение президентского Ту-154 под Смоленском в 2010 г.) и т. п.

Польские претензии к соседям на Востоке и на Западе — не из тех, которые подлежат удовлетворению. Порой кажется, что они выдвигаются и существуют только для того, чтобы снова и снова подтверждать слова Черчилля о «гиене Европы», принявшей в конце 1930-х годов вместе с Гитлером самое активное участие в ограблении и уничтожении чехословацкого государства.


Источник: http://rusnext.ru/recent_opinions/1469282869