Category: архитектура

Category was added automatically. Read all entries about "архитектура".

Пора валить


Дмитрий Ольшанский
Самое время куда-нибудь ехать.
Уехать, даже не дожидаясь окончательного тепла.
В Павлово-на-Оке, где с высокого берега второй по важности нашей реки хочется бесконечно смотреть на величественную пустоту.
В Гороховец, где обозревать родину надо с холма, на котором стоит мужской монастырь.
В Галич, где нужно терпеливо искать сначала один выход к озеру, потом второй, потом третий, а потом подняться над городом, ближе к железной дороге, - и там замереть.
В Великий Устюг, где главное - вовсе не Дед Мороз, а музейный, почти пустой Троице-Гледенский монастырь, с его барочным иконостасом, от которого не отвести глаз.
В Тотьму, где, когда насмотришься на храмы-корабли, переходишь Сухону и уходишь в прозрачный, легкий сосновый лес.
В Чухлому, которая просто - лучшее место в мире. Не знаю, почему так получилось. Но это факт.
В деревню Троицкое на Ветлуге, где, за двумя деревянными церквями, открывается даже не "красивый вид", а - буквальный "Властелин колец".
В Ворсму, маленький город на озере, с таким же маленьким монастырем.
В Кинешму, где царит важная, купеческая, никитомихалковская Волга, и есть гостиница в особняке у собора - с высоким, оставшимся от купцов потолком, в который обязательно надо упереться сонным взглядом, едва проснувшись.
В картинно прекрасную деревню Воздвиженье на другом берегу от Кинешмы, где я как-то отвлекался от литургии на одну местную - ох - Маланью-Аксинью, но этот грех мне, возможно, простят.
В Юрьевец, с его теплым дымом сырым утром, безлюдной площадью и колокольней, такой же высокой, как настоящая Маланья-Аксинья, и такой же сурово-гордой.
В Рыльск - на берегу реки Рыло. Не верите, что на берега реки Рыло надо попасть? Напрасно, Рыльск сказочно хорош собой.
В Касимов, великий город Касимов, где надо долго ходить по холмам тамошних окраинных слобод, а потом выбрать место и забыть обо всем, кроме Оки и того, что за Окой. А за Окой - ничего.
В Сынтул - это поселок недалеко от Касимова - где у непотревоженного совком деревянного храма сохранилось одно из лучших деревенских кладбищ, какие я видел, кладбище, похожее на английский церковный двор из мира Бибиси.
В Гусь Железный - это еще один поселок недалеко от Касимова - где местный собор производит неизгладимое впечатление на хрупкую психику.
В Лух, где однажды я оказался за столом прямо в церкви, и монах, сидевший напротив меня, с которым мы накатили, был ну совершенно из 1913 года, не хватало только самовара и разговора о Распутине.
В Елец, о котором я готов говорить без конца, но достаточно и того, чтобы попасть в тамошнюю великокняжескую церковь, а потом долго, одышливо подниматься в гору к женскому монастырю - и вдруг оглянуться, и посмотреть вниз.
В Арзамас, город моей долгой любви, где два грандиозных собора - один кафедральный, а другой чуть подальше, на выезде, в поселке Выездное, - словно бы соревнуются, кто из них торжественнее, и побеждает дружба.
В Лебедянь, о которой достаточно знать уже то, что она так немыслимо называется - Лебедянь. И в реальности там - не хуже.
В Болхов, лучший город Орловской губернии, каким-то чудом сохранивший старорусское обаяние.
В Липин Бор, малозаметный советский поселок, где шумят волны Белоозера, и начинается Север.
В поселок с романтическим названием Сясьстрой, где, перебравшись через реку, хорошо стоять под зеленым шпилем Успенской церкви.
В Тихвин, где главное - это чудотворная икона в грандиозном монастыре, но если кто не верит в иконы, то тогда главное - это окружающие город бескрайние сосновые леса на петербургско-вологодской дороге, одной из лучших дорог на свете, где хочется остановиться на любом километре и уйти в лес.
В Нило-Сорскую пустынь, дом великого русского святого, дом и дурдом - пока оттуда не выселили психов, и не сделали "шикарно, как и все на Руси".
В Устюжну, где ты приходишь в Казанскую церковь, садишься на скамеечку, смотришь на фрески - и не уходишь уже никуда.
В Николо-Бережки, куда надо попасть рано утром, потолкаться на службе в барочной церкви, а потом выбраться во двор - и почтительно остановиться в мокрой траве, у могилы Островского.
В Судиславль, на который надо смотреть с соборной горы, образцовой, что твой Саврасов, и где хорошо ночевать перед исчезновением в костромской бесконечности.
В Городец, где, можно, конечно, ходить в свежеустроенные музеи в отреставрированных особняках, а можно просто стоять и молчать у самой Волги - и это, пожалуй, даже интереснее.
В Макарьев, где я бы с удовольствием поселился. Поэтому я не буду его рекламировать.
В Нерехту, город исключительного покоя, Нерехту, которую почему-то никто не знает и не замечает, а она стоит того, чтобы пройти ее всю, и еще вернуться.
В Кашин, любимый мой город, где я люблю идти в темноте по Социалистической улице, и заглядывать в каждые три окна низеньких ветхих домов.
В Старицу, где надо бродить по холмам на другой стороне Волги от идеально восстановленного монастыря.
В Торопец, ради которого - и только его одного - уже стоило проложить Новую Ригу.
В Белев, еще один город, где надо сидеть - на этот раз во дворе полуразрушенного монастыря - и смотреть на Оку. Думаете, это когда-нибудь надоедает - сидеть и смотреть на Оку?
В Крапивну, где такой городской собор, что я когда-то глупо мечтал там с кем-нибудь обвенчаться. Не женитесь на женщинах, которым не понравится город Крапивна.
В деревню Небылое под Юрьевом-Польским, где на Яхроме стоит тихий мужской монастырь. Обязательно где-нибудь должно быть изумительной красоты место под названием Небылое. И оно есть.
В Кологрив.
Кологрив, которым должна заканчиваться история о России, потому что туда ведет дорога - очень плохая дорога, - которая там и кончается, Кологрив, куда сложно и непонятно зачем попадать, Кологрив, который, как и вся наша трудная, грустная родина, дает тебе только одно утешение: если ты все-таки там оказался, ты понимаешь, что любишь его, он родной, он прекрасен.

Валаамские миллиарды. Расследование. Секрет экономического чуда Валаамского монастыря




История борьбы жителей Валаама за свои конституционные права известна: о ней писали не только российские, но и международные СМИ. В этом конфликте участвуют две стороны. Первая — выселяемые с острова местные жители. Вторая — Валаамский монастырь и иерархи Русской православной церкви, включая патриарха. Власть поддерживает монастырь и РПЦ — на это указывают многочисленные документы и судебные решения.

Collapse )

Бездомные оккупировали особняк российского олигарха в Лондоне




Члены антифашистского движения расположились в доме за 15 миллионов фунтов.

Три дня живут бездомные в шикарном особняке в центре Лондона, который принадлежит российскому «теневому олигарху» Андрею Гончаренко. Члены антифашистского движения проникли внутрь здания вовсе не тайно. Над входом они вывесили плакат с надписью «Антиправительство США в изгнании».

Гончаренко купил особняк в центральном районе Белгравия британской столицы в 2014 году и все это время он пустовал. Как сообщает английская газета Daily Mail, теперь активисты решили устроить в доме приют для бездомных.

Помимо этого здания, Гончаренко приобрел в Лондоне в течение трех лет еще три дома. Один из них, расположенный в Ридженс-парке, обошелся миллиардеру в 120 миллионов фунтов. Дом, оккупированный бродягами, стоит всего 15 миллионов.

Быть никаким


Дмитрий Ольшанский

Почти каждая женщина когда-то начинает скандалить.
Или не скандалить - а просто вредничать, создавать проблемы на пустом месте, рыдать, говорить "нет" с частотой проигрыша в казино, дразнить, капризничать, выставлять внезапные претензии и просто вести себя как герой клипов типа: "ЭТОТ ВОДИТЕЛЬ ЕБ... ШОК! КРОВАВОЕ ДТП!".
И тут у мужчины есть два предсказуемых варианта - поссориться или уступить.
И оба плохие.
Это вообще ложной выбор, когда вы думаете, ругаться вам с женщиной или мириться.
Конечно, когда вы с ней миритесь, когда вы просите прощения, когда вы каетесь, ищете компромиссы, заглаживаете несуществующую вину вениками и тортами, и просто терпите танец на своей голове, - вы "хороший".
Но только это комплимент для гробовой ленты.
Я так и вижу: сцена из голливудского фильма, красивое американское кладбище, мертвый мужчина, а вокруг него - женщины с трогательной, дозированной слезой, женщины, украшающие гроб лентами с надписью: "ОН БЫЛ ХОРОШИМ".
Им вас очень жалко.
А потом они берут лопаты, скоренько забрасывают могилу землей и едут куда-нибудь пить просекко и хохотать.
А вы остаетесь лежать, где лежали.
Ведь вы послушный.
Вы ведь - "хороший".
Второй вариант - стать "плохим", хлопнуть дверью и отправить женщину на все четыре стороны - вроде бы несколько лучше.
По крайней мере, вас в этом случае некому закапывать со слезами - вы сами избавились от кого хотели с помощью русского мата, дверного замка, выключенного телефона и бан-листа.
Выпьете, погрустите, выпьете еще, напишете тому, кому вы всегда в такой момент пишете - СТАРИК, КАК ЖЕ ОНИ НАДОЕЛИ-ТО, А, - ляжете спать и все благополучно забудете.
Ну, пусть не на следующее утро.
Пусть только через три дня.
Беда в том, что это - типичная оборона.
Вы прокляли женщину, засели в свою личную Семеновку, выкопали в ней окопы, врубили, как Моторола в свое время, "Аллах Акбар" для отпугивания врага, - и думаете, что вы молодец.
Так и есть.
Но только до следующего танкового прорыва.
А женщины - они не хуже танковых частей, усиленных артподготовкой, пехотой и вертолетами, умеют внезапно прорваться.
Так что это сейчас вы "плохой" и вообще в домике.
А после прорыва - будете снова хороший.
И снова с траурной лентой.
А она - будет где-нибудь заманчиво хохотать.
Единственный же правильный путь при столкновении с женщиной - это быть не плохим или хорошим, а - никаким.
Это ужасно трудно - быть никаким.
Но неприятная правда состоит в том, что женщины "никаких" любят.
На плохих злятся и обижаются, хороших жалеют и презирают слегка, а никаких - именно любят, всерьез и надолго.
Потому что если вы "никакой" - ваш образ так легко наполнить собственными чувствами, собственными фантазиями, планами и надеждами.
Вы этому не мешаете, если вы никакой.
И, разумеется, вести себя "никак" - не извиняясь и не ругаясь, не уходя, но и не прося разрешения остаться, - это лучший способ преодоления любых капризов, любых претензий.
Как это сделать?
Вам нужно найти любую историю в своей жизни - и неважно даже, имели вы дело с женщиной или мужчиной, - когда вы с бесконечным равнодушием, со спокойным и ровным безразличием длили и длили зачем-то знакомство с далеким от вас человеком.
Вы ничего от него не хотели. Вы никак не зависели от того, обзовет вас этот человек прямо сейчас полным ничтожеством - или предложит чемодан денег. Вы в любой момент могли пойти выпить с ним пива на полчаса - а могли забыть о его существовании, и никогда не вспоминать, вовсе не прибегая к дверным замкам и бан-листам.
И если вы сможете извлечь, вытянуть из этой истории вещество "никакого" отношения к другому, как вытягивают что-то полезное из всякой воды и руды, и сможете это вещество доставать в случае надобности, - вы победили.
Вы идеальный мужчина.
Вы смогли избежать того, чтобы быть хорошим или плохим, - а все остальное сделает она сама. И помирится, и поссорится, и убежит, и опять прибежит.
Но вы, как правило, "не смогли".
Вы скатились в оправдания или агрессию.
Словом, поехали не туда.
Шок, кровавое ДТП.
Ну ничего.
Разрыв с женщиной выгодно отличается от разрыва с жизнью - тем, что можно попробовать еще раз.

Мечеть Парижской Богоматери